Политик Юлия Галямина, живущая в Москве, считает, что большинство россиян придерживаются пацифистских взглядов, но при этом поддерживают президента Владимира Путина. Об этом она заявила в интервью кооперативу «Берег», опубликованном изданием «Медуза». По её словам, этот крупный пласт общественного мнения до сих пор не имел публичных спикеров и оставался невыраженным в медийном пространстве.
Галямина пояснила, что в публичном поле обычно признаются только две позиции: «за Путина и за войну» либо «против Путина и против войны». Существует также вариант «против Путина и за войну», который представляют провоенные блогеры. Однако, по её оценке, самая многочисленная группа — те, кто одновременно поддерживает главу государства и выступает против боевых действий, — оказалась лишена голоса. Именно эту категорию граждан политик называет пацифистами.
Поводом для разговора стало снятие партии «Яблоко» с выборов в Госдуму. Эта партия выступала с антивоенными лозунгами и за короткое время дала надежду многим россиянам. Галямина отметила, что допуск «Яблока» к кампании мог быть индикатором того, рассматривает ли Кремль переговорный трек по урегулированию. По её мнению, в последнее время стало очевидно, что курс смещается в сторону продолжения войны, а переговоры отложены на неопределённый срок.
Политик рассказала, что активисты начали обсуждать голосование за «Яблоко», и в обществе чувствовалось воодушевление. Однако после снятия списка партии настроение изменилось. «Надеялись на чудо, оно не произошло — живём дальше», — сказала Галямина. Она добавила, что у молодёжи, впервые пришедшей в политику, разочарование глубже, тогда как люди старшего поколения уже привыкли к политическим разочарованиям.
Галямина также прокомментировала стратегии оппозиции на выборах. По её словам, обсуждение бойкота, голосования за любую партию кроме «Единой России» или за конкретные парламентские партии ведётся в основном за рубежом. Внутри страны преобладают настроения «сколько можно уже, ничего от этого не зависит». Часть сторонников «Яблока» обсуждает идею испортить бюллетень или не ходить на выборы. Сама Галямина считает, что протестное голосование может иметь политические последствия, но они «настолько иллюзорные», что тратить на это энергию не хочется.
Она объяснила, что прагматика в голосовании за системные партии существует только на кризисный случай. Во время турбулентности изменения происходят за счёт институционализированных игроков. Если несколько партий получат чуть больший процент, это теоретически позволит им стать такими игроками. Однако процент должен быть таким, чтобы его нельзя было перекрыть фальсификациями, а с учётом дистанционного электронного голосования пределов для манипуляций может не быть вовсе.
Символическое голосование, например вписывание «Яблока» в бюллетень, Галямину не вдохновляет. Она отметила, что «умное голосование» по большому счёту не дало результата, и призвала каждого решать самостоятельно, идти ли на выборы и за кого голосовать. По её мнению, власть осведомлена о недовольстве общества, но не считается с ним, действуя через насилие, агрессию и постепенное введение ограничений. Общество успевает адаптироваться даже к таким проблемам, как отсутствие бензина.
Галямина подчеркнула, что поддержка «Яблока» возникла в том числе потому, что люди устали постоянно приспосабливаться. Партия стала выразителем запроса той части общества, которая не находила публичного представительства своих взглядов. По её словам, именно эта группа — пацифисты, поддерживающие Путина, — составляет большинство внутри России, и оппозиции ещё предстоит найти способ привлечь этих людей.