Украина пытается собрать запас ракет Patriot до наступления нового зимнего периода, когда Россия может вновь сосредоточить удары на энергетической инфраструктуре. Главная трудность в том, что производство сложных перехватчиков расширяется медленнее, чем растет их боевой расход. В сообщении со ссылкой на Politico говорится, что Германия, Польша, Испания и Греция опасаются слишком сильно уменьшать свои резервы из-за ограниченных возможностей быстрого пополнения из США.
О масштабах потребности в марте говорил еврокомиссар по обороне Андрюс Кубилюс. По его оценке, Украине может понадобиться около 700 PAC-2 и PAC-3 всего за четыре зимних месяца. Lockheed Martin заявила, что в 2025 году поставила 620 PAC-3 MSE. Даже с учетом различий между типами ракет эта пропорция показывает, почему обычного ежегодного производства оказалось недостаточно для войны такой интенсивности.
Производитель уже получил заказ на расширение. В рамках семилетней договоренности с правительством США Lockheed Martin должна увеличить годовую мощность PAC-3 MSE примерно с 600 до 2 000. RTX расширяет производство GEM-T, а Германия финансирует для Украины контракт на несколько сотен ракет. Новый объект в Шробенхаузене должен стать частью европейской производственной базы Patriot.
Но все эти проекты рассчитаны на будущее. Киев требует решения на ближайшие месяцы. В июле Украина обратилась почти к 40 странам с предложением передать ракеты из действующих арсеналов, а затем получить новые партии в качестве замены. Для союзников это означает временно сократить собственную готовность, но для Украины — получить боеприпас до того, как начнется очередная серия крупных ударов.
Страны, владеющие Patriot, имеют основания считать свои запасы критическими. Польша находится рядом с зоной войны и усиливает противоракетную оборону. Германия участвует в обороне восточного фланга НАТО и восстанавливает собственные вооруженные силы. Испания и Греция также должны выполнять национальные задачи. Поэтому спор идет не о наличии поддержки Украины как таковой, а о допустимом уровне риска для своих армий.
Здесь возникает важное различие между финансовой и физической помощью. Государство может выделить деньги на сотни ракет и даже подписать контракт, но это не увеличивает сегодняшний склад. Пока производственная линия не выпустит новую партию, передать Украине можно только то, что уже изготовлено. Именно поэтому Киев просит партнеров использовать будущие поставки как гарантию для нынешних передач.
В начале августа дефицит проявился непосредственно в бою. При крупной атаке на Киев украинские средства ПВО не перехватили баллистические ракеты. Financial Times писала о критическом недостатке перехватчиков Patriot и о сокращении западных поставок. Для баллистических целей у Украины нет равноценной наземной замены этой системе.
Российская сторона одновременно повышает интенсивность применения баллистики. Financial Times 11 августа сообщила примерно о 70 производимых ракетах в месяц и 198 запусках за предыдущий месяц. Чем больше таких целей появляется в одном месяце, тем быстрее расходуется даже крупный резерв и тем чаще командованию приходится распределять ограниченные перехватчики между направлениями.
Новые производственные проекты в США и Германии должны изменить этот баланс в последующие годы. Но они не отменяют необходимости пройти период разрыва между нынешним расходом и будущим выпуском. Для союзников это означает заранее определить допустимый уровень временного сокращения запасов и понятный график их восстановления.
Поэтому ближайшее решение будет зависеть от готовности союзников использовать существующие арсеналы как временный мост к будущему производству. Если такой мост не появится до холодов, новые многолетние контракты не успеют повлиять на самый опасный период ближайшей зимы.